Где бронепоезд не пройдет не пролетит стальная птица

Обновлено: 08.02.2023


Каждый год, когда приходит черед горестного дня начала Великой Отечественной, мне почему-то приходят на память незамысловатые строки одной из самых первых песен той войны. Скорее даже не песни, а песенной переделки довоенного «Синего платочка». Родилась она буквально в первые же дни вражеского нашествия и, думаю, помнится многим, кто пел ее в ту суровую пору.

Двадцать второго июня,
Ровно в четыре часа
Киев бомбили,
Нам объявили,
Что началася война.

Кончилось мирное время,
Нам расставаться пора.
Я уезжаю,
Быть обещаю
Верным тебе до конца.

И ты смотри,
С чувством моим не шути!
Выйди, подруга,
К поезду друга,
Друга на фронт проводи.

Дрогнут колеса вагона,
Поезд помчится стрелой.
Ты мне с перрона,
Я — с эшелона
Грустно помашем рукой.

Пройдут года,
Снова я встречу тебя.
Ты улыбнешься,
К сердцу прижмешься
И поцелуешь, любя.

Много лет спустя, работая над передачами телевизионного цикла «Песня далекая и близкая» и песенными рубриками в различных изданиях, я собрал несколько десятков текстовых версий и переделок «Синего платочка», начало которым было положено той, что сочинил накануне войны поэт и драматург Яков Маркович Галицкий:

Синенький скромный платочек
Падал с опущенных плеч.
Ты говорила,
Что не забыла
Ласковых, радостных встреч…

Песня эта в канун войны стала шлягером. Ее пели известные певцы и певицы. А двое из них — Екатерина Юровская и Изабелла Юрьева — даже успели записать довоенный «Синий платочек» на грампластинку. С огромным успехом исполняла эту песню в своих концертах Лидия Русланова, в том числе и на фронте. Но, конечно же, самым популярным в годы войны стал тот вариант «Синего платочка», который сочинил сотрудник газеты «В решающий бой» Волховского фронта лейтенант Михаил Максимов, заканчивавшийся словами: «Строчит пулеметчик за синий платочек, что был на плечах дорогих…» Его спела и записала в фильме «Концерт — фронту» и на пластинку Клавдия Шульженко, и, благодаря ей, песня про «синий платочек» стала своеобразным символом, навсегда слившимся с именем этой прославленной певицы.

И все-таки мне бы хотелось вернуться к тому варианту «Синего платочка», строки которого вынесены в заглавие и начало моего рассказа.

Несколько лет назад поэт-песенник Сергей Павлович Красиков, длительное время редактировавший литературно-художественный альманах «Поэзия», рассказал мне, что стихи про «двадцать второе июня», в числе других, принес к нему однажды поэт Борис Ковынев и предложил опубликовать в разделе, составленном из произведений, родившихся в годы войны. Он показал при этом вырезку с их публикацией в одной из фронтовых газет, подписанной его фамилией. Однако члены редколлегии сочли эти стихи примитивными и не заслуживающими опубликования в альманахе.

Возможно, они были правы. Но эти строки сочинялись оперативно, по горячим следам событий. А главное — были подхвачены и запеты миллионами. Сам Ковынев об этом, наверное, не знал и не догадывался. Во всяком случае, не настаивал на выполнении своей просьбы. Забрал стихи и ушел. К тому времени он был уже довольно пожилым человеком.

А ведь в 1920-е годы имя Бориса Константиновича Ковынева (1903—1970) было на слуху у многих. Первая его книжка стихов вышла в издательстве «Новая Москва» в 1925 году. Вторая — «Последний из могикан» — в 1926-м.

Книгу «Солнце взрослых» рекомендовал к печати А. М. Горький. Из Сорренто он написал автору письмо, в котором очень тепло отозвался о его стихах. Это надолго вдохновило поэта.

Снова песней гудит голова,
Снова молодость брызжет прибоем.
Ну-ка, жизнь, засучи рукава,
Мы еще повоюем с тобою!

Так заканчивалось его стихотворение, посвященное Горькому.

В фондах Российской государственной библиотеки я отыскал несколько поэтических сборников и многочисленные газетные издания с его стихами. Во многих из них явно просматривается их песенная природа. Не случайны, наверное, строки, выплеснувшиеся у него однажды:

Надо песню нести впереди
(В песне есть неизбывная сила!),
Чтобы молодость в каждой груди
Веселей, чем гармонь, голосила…

И такие песни на его стихи были сложены.

Пожалуй, главная из них, оставшаяся жить в народной памяти, но потерявшая, как это нередко бывает, имя автора, та, что начиналась словами:

Где облака вершат полет,
Снаряды рвутся с диким воем,
Смотри внимательней, пилот,
На землю, взрыхленную боем.
Там, где пехота не пройдет
И бронепоезд не промчится,
Угрюмый танк не проползет,
Там пролетит стальная птица…

В 1927 году это стихотворение Бориса Ковынева под названием «Авиамарш» почти одновременно опубликовали газеты «Гудок» (13 июля) и «Красная звезда» (24 июля). А в народе на эти стихи была сложена песня с запомнившимся, думается, многим броским припевом:

Пропеллер, звонче песню пой,
Неся распластанные крылья!
За вечный мир
В последний бой
Лети, стальная эскадрилья!

Я и сам когда-то пел «Стальную эскадрилью» в суворовском и курсантском строю и потому встретился с нею на пожелтевших от давности газетных страницах как с доброй старой знакомой.

Еще раньше — в феврале 1924-го, Ковыневым были сложены и опубликованы пронзительные строки «Поэмы о Ленине», тоже ставшие песней:

Налетала вьюга сгоряча,
Под деревней выла у околиц.
А в избе о смерти Ильича
Говорил приезжий комсомолец…

Стихи и песня про «двадцать второе июня», мне думается, тоже из этого ряда. И потому имя их автора заслуживает того, чтобы его не забывали и помнили.

Много лет назад довелось мне услышать от поэта Якова Захаровича Шведова — автора знаменитого «Орленка» мудрые слова поэтической притчи:

И в час предзакатный опять и опять
В душе афоризм шевелится:
В обычаях мира — сначала распять,
Потом — на распятье молиться…

Оказалось, что и эти провидческие поэтические строки тоже принадлежат перу Бориса Ковынева…

С трудом отыскал я его неухоженную, заросшую травой могилку на Ваганьковском кладбище. Не сумел пока найти хотя бы его фотографию, чтобы поместить ее в этом рассказе и в будущей своей книге «Распятые авторы знаменитых песен». В ней идет речь о трагических судьбах авторов «По долинам и по взгорьям», «Авиамарша», «Песни о встречном», «Называют меня некрасивою» и других песен, истории которых я уже рассказывал или собираюсь рассказать в рубрике «Память сердца». Будет в ней и рассказ о песнях Бориса Ковынева, распетых в народе, но остающихся пока безымянными. Упорно продолжаю свой поиск и очень надеюсь на помощь тех, кто прочтет эти строки.

Двадцать второго июня,
Ровно в четыре часа
Киев бомбили, нам объявили
Что началася война.

Война началась на рассвете
Чтоб больше народу убить.
Спали родители, спали их дети,
Когда стали Киев бомбить.

Врагов шли большие лавины,
Их не было сил удержать,
Как в земли вступили родной Украины,
То стали людей убивать.

За землю родной Батькивщины
Поднялся украинский народ.
На бой уходили все-все мужчины,
Сжигая свой дом и завод.

Рвалися снаряды и мины,
Танки гремели броней,
Ястребы красны в небе кружили,
Мчались на запад стрелой.

Началася зимняя стужа,
Были враги близ Москвы,
Пушки палили, мины рвалися,
Немцев терзая в куски.

Кончился бой за столицу,
Бросились немцы бежать.
Бросили танки, бросили мины,
Несколько тысяч солдат.

Помните Гансы и Фрицы,
Скоро настанет тот час:
Мы вам начешем вшивый затылок,
Будете помнить вы нас.


ДВАДЦАТЬ ВТОРОГО ИЮНЯ…

Двадцать второго июня,
Ровно в четыре часа,
Киев бомбили, нам объявили,
Что началася война.

Кончилось мирное время,
Нам распрощаться пора,
Я уезжаю, быть обещаю
Верным тебе навсегда.

И ты смотри,
Чувством моим не шути,
Выйди, подруга, к поезду друга,
Друга на фронт проводи.

Дрогнет состав эшелона,
Поезд помчится стрелой,
Я из вагона — ты мне с перрона
Грустно помашешь рукой.

Пройдут года,
И снова я встречу тебя,
Ты улыбнешься,
К сердцу прижмешься,
Я расцелую тебя.

Рукописный отдел Института русской литературы, Р. V, колл. 201, п. 1, № 1, стр. 57. Зап. И. В. Ефремовым в 1946 г. от А. П. Малаховой, бывшей учительницы, в г. Кобрине (БССР). Близкий вариант — в той же коллекции, стр. 56, зап. И. В. Ефремовым в 1942 г. от М. А. Воробьевой в поезде на пути в г. Калинин. Опубликованный вариант: Калужский край, № 169. В тексте Я. И. Гудошникова (Рукописный отдел Института русской литературы, Р. V, колл. 237, п. 1, № 2, стр. 18—19), записанном в сентябре 1941 г. от студентов-допризывников Воронежского сельскохозяйственного института, предпоследний куплет отсутствует, а последний пелся так:

Кончится время лихое —
С радостной вестью приду.
Снова дорогу
К милой порогу
Я без ошибки найду.

То же — в записи И. Я. Рокачева 1944 г., сделанной в Германии (Рукописный отдел Института русской литературы, Р. V, колл. 239, № 3, стр. 24). Запись песни Я. И. Гудошников сопровождает следующими словами: «Слышал я эту песню и позже сотни раз от солдат, офицеров и гражданских лиц. Пелась на мотив „Синего платочка"».

Русский советский фольклор. Антология / Сост. и примеч. Л. В. Домановского, Н. В. Новикова, Г. Г. Шаповаловой. Под ред. Н. В. Новикова и Б. Н. Путилова. Л., 1967, № 97.


Популярнейшая песня, сложена на Украине в первую неделю войны на мотив "Синего платочка" (муз. Е. Петербургского, сл. Я. Галицкого, 1940). Первое документальное свидетельство о бытовании песни - ее запись в блокнот 29 июня 1941 бойцом Н. И. Немчиновым на Украине (см. В. Бахтин. Народ и война // "Нева", 1995, №5). В ходе войны песня обрастала новыми подробностями - о разгроме немцев под Москвой и т. д.

Искусствовед Юрий Бирюков в журнале "Родина" №4 за 2003 год пишет со слов поэта-песенника Сергея Красикова, редактировавшего литературно-художественный альманах "Поэзия", что стихи про "двадцать второе июня" приносил однажды (судя по контексту, через много лет после войны) для публикации в альманахе поэт Борис Ковынев (1903-1970), представив вырезку из фронтовой газеты, где стихотворение было подписано его фамилией. Стихи редколлегия отклонила. Но каких-либо документальных доказательств в пользу авторства Ковынева в статье не приводится.

Интересно!
Но Вы допустили неточность:
Автором «Песни о встречном» является Борис Петрович Корнилов. Но слова
той удобно было считать "народными", т.к. подлинный автор был репрессирован, а фильм "ВстречныЙ пользовался необыкновенной популярностью.
Удачи!.

Добавлю свои пять копеек))Автором песни "Называют меня некрасивою" является Михаил Козырев.

Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и законодательства Российской Федерации. Данные пользователей обрабатываются на основании Политики обработки персональных данных. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.

© Все права принадлежат авторам, 2000-2022. Портал работает под эгидой Российского союза писателей. 18+

Забытые имена - Ковынев Борис

Недавно довелось прочитать очень интересное исследование историка и
журналиста Сергея Смолянникова в еженедельнике «2000». В поисках авторов
памятной для всех ветеранов ВОВ песни «Двадцать второго июня…» журналист
открыл имя автора песни, которая долгое время считалась народной. Приятно,
что им оказался наш земляк и известный советский поэт Борис Ковынев.


Но передадим слово первоисточнику, правда, с нашими сокращениями.

«Уже неделю шли бои как на новой, так и старой, до сентября 1939-го,
границе — т. н. «линии Сталина». Уже не только высшему руководству страны
стало понятно, что война будет затяжной и кровопролитной.

Уже «Священная война» как гимн стойкости и отваги заполнила эфир, как
вдруг 29 июня из репродукторов раздались известные ныне слова на не менее
известный мотив:

Двадцать второго июня,
Ровно в четыре часа,
Киев бомбили, нам объявили,
Что началася война !

Итак, известна дата первого исполнения — 29 июня. Как историк,
поставивший перед собой задачу разгадать тайну этой популярной песни,
первый ответ я получил. Хотя не скрою, определенный, я бы сказал даже,
профессиональный интерес проявляют к этому и другие исследователи из
России и Польши. Но главный след песни, тем более песни о Киеве, найден
как раз в Матери городов русских — в столице Украины.

Работая в архивах, обратил внимание на папку «Песни военных лет —
переделанные из мирных». Она заинтересовала меня настолько, что я
пересмотрел огромное количество нотных листов и партитур. И вот — удача!

В одном из политдонесений Юго-Западного фронта сообщалось:
«. Красноармеец Н. И. Немчинов из ансамбля песни и пляски Киевского
особого военного округа перед бойцами, убывающими на фронт на Киевском
вокзале, 29 июня с. г. исполнил новую песню Е. Петерсбурского
(Петербургского) «Прощальная», которую командиры и бойцы встретили с
воодушевлением, просили переписать слова, а исполнять они ее будут на
позициях уже сами, так как мотив ее им знакомый. » В той же папке лежал и
нотный лист с мелодией данной песни. В меру своих музыкальных возможностей
я напел «Двадцать второго июня. » и получил. «Синий платочек». Тут же,
в папке, лежала и партитура «Синего платочка».

У большинства песен два автора — композитор и поэт. Композитор нам
известен. Кто же поэт? В «Энциклопедии советской песни» указано: «Песня
«Двадцать второго июня ровно в четыре часа», протяженностью 1 мин. 47 сек.
написана на музыку Е. Петерсбурского, слова народные, в 1941 г.

Описание: «. Киев бомбили, нам объявили, что началася война. » И все.

Лишь после кропотливых поисков удалось выяснить, что песня с настоящим
названием «Прощальная», которое не прижилось, поскольку навевало самые
грустные мысли (война как-никак), но с «народным именем», утвержденным в
Москве, — «Двадцать второго июня, ровно в 4 часа», — была сочинена
известным (!) советским поэтом Борисом Ковыневым на музыку популярного
вальса Ежи Петерсбурского «Синий платочек». Впервые она исполнялась на
Украине бойцом Н. И. Немчиновым 29 июня 1941 г., после чего мгновенно
распространилась по всей стране.

Благодаря многолетним исследованиям историков-музыковедов Юрия
Бирюкова и Марины Смородинской удалось узнать, что в первый день войны
поэт Ковынев написал стихотворение «Двадцать второго июня» и опубликовал
его в газете Юго-Западного фронта.

Со временем он забыл об этом, а когда в 1943-м пришел к редактору
литературно-художественного альманаха «Поэзия» Сергею Павловичу Красикову
и показал вырезку со своим стихотворением, подписанным его фамилией, и
попросил сравнить с известной песней, ему было отказано в авторском праве,
поскольку та уже считалась народной. Так и объявляли: песня «Двадцать
второе июня», музыка и слова народные.

А ведь имя Бориса Константиновича Ковынева было очень известно до
войны. Его сборники стихов рекомендовал к печати Горький. К своему стыду,
я и сам недавно узнал, что знаменитый «Авиамарш» — гимн мальчишек,
мечтавших стать «сталинскими соколами», написан именно Ковыневым:

Там, где пехота не пройдет
И бронепоезд не промчится,
Угрюмый танк не проползет,
Там пролетит стальная птица.

Он же автор стихов к песням, ставшим легендами: «По долинам и по
взгорьям», «Называют меня некрасивою» и др. А ещё примечательно,
что Борис Константинович — наш земляк, ибо родился на
Полтавщине, в гоголевских местах, в селе Марьевка.

К сожалению, по своей скромности Ковынев (настоящая фамилия Ковань)
никогда не претендовал на авторство песни и тайну её унёс с собой в могилу
в 1970-м. Похоронен поэт на Ваганьковском кладбище в Москве. »

Подготовил Ян ПРУГЛО, «Полтавщина»

КОВЫНЕВ, Борис Константинович [р. 10(23).II.1903, дер. Марьевка
Полтав. губ.] — русский советский поэт. В 1926 окончил лит. ф-т ВХУТЕМАСа.
Первые стихи опубл. в 1920. В 1925 вышел сб. «Стихи», в 1926 — «Последний
из могикан. 2-я книга стихов», в к-рых отразилось влияние поэзии С. А.
Есенина. В 1925—30 осноыной темой стихов, поэм и рассказов Ковынева стала
тема международной солидарности рабочего класса: сб-ки «Стихи о борьбе и
застенках» (1925, совм. с А. Тайгиным), «Глаза индуса» (1927, совм. с Б.
Савранским), «Повесть о негритенке» и «Повесть о капитане и китайчонке
Лане» (1928, совм. с Д. Алтаузеном). В соавторстве с А. Ясным и Алтаузеном
К. написал повесть в стихах «Ленинский наказ» (1925) — о классовой борьбе
в деревне, о создании первых кооперативов . . .

Двадцать второго июня, ровно в 4 часа


Двадцать второго июня,
Ровно в четыре часа

Киев бомбили,
Нам объявили,
Что началася война.

Кончилось мирное время,
Нам расставаться пора.

Я уезжаю,
Быть обещаю
Верным тебе до конца.

И ты смотри,
С чувством моим не шути!

Выйди, подруга,
К поезду друга,
Друга на фронт проводи.

Дрогнут колеса вагона,
Поезд помчится стрелой.

Ты мне с перрона,
Я — с эшелона
Грустно помашем рукой.

Пройдут года,
Снова я встречу тебя.

Ты улыбнешься,
К сердцу прижмешься
И поцелуешь, любя.

Интересно, но не все точно у Вас.
Например:
"Песня о встречном" -- её автор Борис Корнилов. Но в связи с тем, что он был репрессирован, к/ф "Встречный" вышел без титров: автора слов. С того времени и считалось -- слова "народные."
Удачи.

Здравствуйте, Мила ! Примите мою сердечную благодарность ! Уже ищу информацию

о Борисе Корнилове ! Кое - что нашёл !

С Уважением !
Данила. . . . . . .

С интересом прочитал материал по удивительному поэту Б.Ковынёву, и наверно не очень расстрою вас тем: что текст "По долинам и по взгорьям" написал Пётр Парфёнов, а "Называют меня некрасивою" Михаил Козырев (кстати родной дядя знаменитого русского поэта Владимира Соколова). Оба автора известных песен были репрессированы.
С уважением В.Ч.

Вот и ещё одно Имя вернулось к читателям !

Особенно приятно, что Михаил Яковлевич Козырев - земляк моей мамы ! Она сама

тоже любила рифмовать ! . .

С уважением ! Данила. . . . . . . . .

Двадцать второго июня, ровно в четыре часа

Народные песни Бориса Ковынева


Больше полувека считалось, что песню военной поры «Прощальная», которая больше известна как «Двадцать второго июня, ровно в четыре часа…», сочинил народ. Даже в песенниках её подписывали народной. И лишь сравнительно недавно удалось установить, что эти строки сложил поэт Борис Ковынев, с 1931 по 1961 год живший в городе Пушкино.

«Двадцать второго июня, ровно в четыре часа…»

Редактор литературно-художественного альманаха «Поэзия» поэт-песенник Сергей Красиков (1928–2007 годы) в 2003 году рассказал, что в 1943-м стихотворение «Двадцать второго июня, ровно в четыре часа…» в числе других принёс ему поэт Борис Ковынев и предложил опубликовать в разделе произведений, родившихся в годы войны.

Дрогнут колёса вагона,
Поезд помчится стрелой.
Ты мне с перрона,
Я – с эшелона
Грустно помашем рукой.

Пройдут года,
Снова я встречу тебя.
Ты улыбнёшься,
К сердцу прижмёшься
И поцелуешь, любя.

По словам Сергея Павловича, Борис Ковынев сообщил, что стихотворение он написал в первые дни вражеского нашествия и опубликовал в газете Юго-Западного фронта. Он показал Красикову вырезку из этой фронтовой газеты со своим стихотворением, подписанным его фамилией, и попросил сравнить с известной песней. Но члены редакционной коллегии сочли текст примитивным и отказали в публикации в альманахе.

Сам Ковынев к тому времени был уже пожилым человеком и настаивать не стал. Он забрал стихотворение и ушёл, возможно, не зная, что песню на его стихи подхватили миллионы, и она уже стала народной. К тому же, по сути, это была даже и не песня, а песенная переделка очень популярного довоенного вальса «Синий платочек» польского дирижёра и композитора, автора музыки танго «Утомлённое солнце», Ежи Петерсбурского (1895–1979 годы).

Кто положил нехитрые стихи Ковынева на мотив «Синего платочка» – неизвестно. Но первым «Прощальную» на эту запоминающуюся мелодию услышал, записал и разучил боец Николай Немчинов. Факт первого публичного исполнения песни стал известен из политдонесения Юго-Западного фронта, в котором сообщалось:

«…Красноармеец Н. И. Немчинов из ансамбля песни и пляски Киевского особого военного округа перед бойцами, убывающими на фронт на киевском вокзале (железнодорожный вокзал в Киеве. – Прим. автора), 29 июня с.г. исполнил новую песню Е. Петерсбурского (Петербургского) «Прощальная», которую командиры и бойцы встретили с воодушевлением, просили переписать слова, а исполнять её они будут на позициях уже сами, так как мотив её им знакомый…»

IMG_1286.jpg

С началом Великой Отечественной войны Ежи Петерсбурский стал готовить новый репертуар, созвучный событиям. И тут ему сообщили, что красноармеец Немчинов перед отправляющимися на фронт бойцами исполнил на его музыку, «Синий платочек», новую песню и что слушатели восприняли её с воодушевлением. Композитор чуть изменил мелодию и напечатал в сборнике военных песен новый вариант под названием «Прощальная». О том, что Немчинов – автор стихов, нигде не говорится, но есть упоминание, что он переработал стихи поэта-песенника Б. Ковынева, напечатанные в газете Политуправления Киевского особого военного округа. Название песни «Прощальная» не прижилось, так как, вероятно, навевало грустные мысли, и, видимо, поэтому за песней прочно закрепилось народное название по двум первым строчкам: «Двадцать второго июня, ровно в четыре часа…».

У песни «Синий платочек» насчитывается несколько десятков текстовых версий и переделок. Известны несколько вариантов и у песни «Прощальная», но с началом войны наиболее популярной стал вариант на слова Бориса Ковынева, и песня стала одной из главных военных песен. На фронте с этой песней выступали Клавдия Шульженко и Лидия Русланова. Лидия Русланова в августе 1942 года записала её на пластинку с другими военными песнями. Однако в 1948 году певица была арестована как жена участника так называемого заговора военных, и все её записи подлежали уничтожению. Только сорок лет спустя, в 1982 году, эта пластинка увидела свет.

В конце 1977 года в прокат вышел советский кинофильм «Судьба» по мотивам одноимённого романа Петра Проскурина. Саундтреком в этом фильме является песня «Двадцать второго июня, ровно в четыре часа…». В современных сборниках военных песен всё еще значится, что слова у этой песни народные, хотя в некоторых из них всё-таки есть указание на авторство поэта Бориса Ковынева.

Теперь, по прошествии 75 лет после окончания Великой Отечественной войны, мы вряд ли способны процитировать слова этой песни дальше первого куплета, но уже эти начальные четыре строчки глубоко, на уровне генетической памяти, заложены в нас, в поколение детей, внуков и правнуков фронтовиков.

И марш «Стальная эскадрилья»

Есть ещё одно стихотворение Бориса Ковынева, ставшее народной песней и подлинным гимном тысяч подростков, мечтавших в 1930-х годах стать «сталинскими соколами». Стихотворение называется «Авиамарш». В июле 1927 года «Авиамарш» почти одновременно, с разницей в десять дней, опубликовали газеты «Гудок» и «Красная звезда». Стихотворение вскоре появилось в сборниках, а в 1929 году (по другим данным – в начале 1930-х годов) стало песней «Стальная эскадрилья». Песня пошла в народ, а во время Великой Отечественной войны неоднократно переделывалась фронтовыми поэтами, дополнялась новыми словами и… потеряла имя автора.

Там, где пехота не пройдёт
И бронепоезд не промчится,
Тяжёлый танк не проползёт –
Там пролетит стальная птица!

Припев:
Пропеллер, громче песню пой,
Неся распластанные крылья.
За вечный мир в последний бой
Летит стальная эскадрилья!

Пилоту недоступен страх,
В глаза он смерти смотрит смело
И если надо жизнь отдаст,
Как отдал капитан Гастелло!

Пусть знает враг, что мы сильны!
Героям-патриотам слава!
За Сталинград и Ленинград
Отплатим мы фашистским гадам!

Сегодня марш «Стальная эскадрилья» известен в основном благодаря советской кинокомедии «Максим Перепелица», в которой заглавный герой напевал его в несколько изменённом варианте. Фрагменты песни звучат в художественных фильмах «Верность» и «Мой друг Иван Лапшин».

Был знаком с Есениным

О самом Борисе Константиновиче Ковыневе известно не особенно много. Он родился под Полтавой, в деревне Марьевка, 10 февраля (23 февраля по новому стилю) в 1903 году. При рождении от отца получил фамилию Ковань. Его отец вернулся с Русско-японской войны инвалидом и работал в акцизном ведомстве. Вскоре семья переехала в соседнее село Милорадово. Там Борис окончил начальную школу. В 1914 году семья переехала в Полтаву, и Борис поступил в Полтавское реальное училище, но в нём расположился военный госпиталь. Борис в 1915 году вместе с родителями уехал в Тифлис (ныне Тбилиси. – Прим. автора), ставший его второй родиной, и больше на Украину не приезжал.

В Грузии Борис окончил реальное училище и начал писать стихи, наполненные революционным пафосом. В них он горячо откликался на мировые события, воспевал труд простых людей наравне с трудом поэта. После Октябрьской революции и установления Советской власти на Кавказе юноша в 1920 году стал организатором комсомольской ячейки, а затем секретарём райкома комсомола в городе Боржоми. В 1921 году его избрали делегатом на IV Всероссийский съезд комсомола.

IMG_1285.jpg

В 1923 году стихи начинающего поэта впервые появились в газетах «Рабочая правда» (Тифлис) и «Рабочая Москва» (Москва), а уже в следующем году Борис Ковынев и сам переехал в Москву. Здесь в 1926-м он окончил литературное отделение Рабфака искусств ВХУТЕМАСа, и с этого времени его стихи стали регулярно появляться в центральной печати. Первая его поэтическая книга «Стихи» вышла в 1925 году в издательстве «Новая Москва», вторая книга стихов – «Последний из могикан» – в 1926-м. В опубликованных стихах было заметно, что они написаны под влиянием стихов Есенина, с которым он был знаком. Несмотря на это, сам Есенин считал, что «в будущем Ковынев обещает стать хорошим поэтом».

Бориса Ковынева знал Маяковский. Поэт Михаил Светлов вспоминал: «…Однажды, когда я сидел у поэта Бориса Ковынева, мне сказали, что меня зовёт к телефону Маяковский. Я был убеждён, что меня «разыгрывают», и не сразу взял трубку. Я ведь с Маяковским не был знаком. Маяковский терпеливо ждал».

В 1925–1930 годах основной темой стихов, поэм и рассказов Ковынева стала тема международной солидарности рабочего класса. Это отчётливо видно по сборникам «Стихи о борьбе и застенках» (1925 год, совместно с А.Тайгиным), «Глаза индуса» (1927 год, совместно с Б. Савранским), «Повесть о негритёнке» и «Повесть о капитане и китайчонке Лане» (1928 год, совместно с Д. Алтаузеном). В соавторстве с А. Ясным и Д. Алтаузеном Борис Ковынев написал повесть в стихах «Ленинский наказ» (1925 год) – о классовой борьбе в деревне и создании первых кооперативов.

Осенью 1925 года из Екатеринослава в Москву приехали члены молодёжной литературной организации «Молодая кузница» (1922 год) Михаил Сосновин, Дмитрий Кедрин и Анатолий Кудрейко и остановились у Бориса Ковынева в комнате общежития на Покровке. Имя Анатолия Кудрейко (Зеленяк, 1907–1984 годы) сегодня известно в основном благодаря тому, что он попал на язык Маяковскому, который его и не знал, а просто скаламбурил:

Кто стихами льёт из лейки,
Кто кропит, набравши в рот –
Кудреватые Митрейки,
Мудреватые Кудрейки,
Кто их к чёрту разберёт!

Наиболее зрелой из книг Ковынева стал сборник его стихов 1930 года «Солнце взрослых». Эту книгу к печати рекомендовал А. М. Горький. Из Сорренто он написал Ковыневу письмо, в котором очень тепло отозвался о его стихах.

Жил в Пушкино на 1-й Домбровской

В 1931 году Борис Ковынев с семьёй, уже будучи довольно известным поэтом, перебрался на жительство в Пушкино на улицу 1-ю Домбровскую, дом 31, часто бывал в Черкизове у Дмитрия и Людмилы Кедриных.

С августа 1941 года поэт находился в эвакуации в Омске и вернулся в Пушкино в начале 1943-го. Полтора года он трудился над созданием агитационных плакатов, которые сейчас бережно хранятся в Историческом архиве Омской области. Исследователи творчества Ковынева отметили, что «его стихотворные строчки отличает простота и лаконичность. Короткие, яростные строчки призывали к борьбе против немецко-фашистских захватчиков…»:

Фашист – заклятый враг людей,
Несёт ребятам смерть и муки.
Мы отсечём злодею руки,
Чтобы спасти своих детей.

Гитлер – вор и паразит.
Проглотить весь мир грозит.
Но заткнул бандиту рот
Меткой бомбой наш пилот.

После Великой Отечественной войны Борис Ковынев стал печататься реже. В 1957 году он тяжело заболел и последующие десять лет, до самой своей кончины, был прикован к постели. Иногда, правда, ему удавалось, опираясь на костыли, принимать сидячее положение. Он радовался этим своим небольшим победам и при случае говорил: «А чего стонать? Раз уж так получилось, то надо бороться».

Несмотря на преследовавший его недуг, он не утратил страстную любовь к поэзии, которая неизменно укрепляла его волю к жизни, упорно работал над заказанными ему различными организациями текстами плакатов, участвовал в литературных конкурсах, много лет консультировал молодых поэтов, продолжал писать стихи.

В 1959 году в издательстве «Советский писатель» вышел сборник его стихов «Искусство полёта», получивший высокую оценку в прессе. В нём поэт обратился к труду простых людей, к подвигу русского и других населявших СССР народов, вставших на защиту Родины в грозные годы военных испытаний.

В 1961 году Ковыневы – он, жена и двое их детей – уехали из Пушкино в Москву. Но двери его небольшой квартиры в Нагатине продолжали оставаться открытыми для всех, кто любит и ценит поэтическое творчество.

В 1967 году в издательстве «Молодая гвардия» вышла небольшая, 32 страницы, книжечка Бориса Ковынева «Избранная лирика» с трогательным посвящением: «Спутнице моей жизни – Елене Долиной посвящаю эту книгу». Вступительную статью написала Людмила Кедрина – жена поэта-фронтовика Дмитрия Кедрина, друга юности Бориса Константиновича.

На склоне лет Борис Ковынев писал: «Детские годы, проведённые на Украине, оставили след на всей моей жизни и творчестве. Только я научился читать, как сразу увлёкся произведениями Шевченко. В восемь лет под впечатлением и сам попробовал написать что-то». «В бессонные ночи часто рассказывал про детство и с восхищением вспоминал свою Милорадовку», – вспоминала жена. Умер Б. К. Ковынев 3 марта 1970 года. Похоронен на Ваганьковском кладбище. Поэт заслужил того, чтобы его помнили и не забывали.

В 1974 году в Пушкино, в библиотеке-музее В. В. Маяковского на Акуловой горе, состоялся литературный вечер, посвящённый жизни и творчеству Ковынева. Со своими стихами из посвящённого ему сборника выступил калининградский поэт Евгений Вайсман. Член литературного объединения «Красная Пресня» поэт Николай Ионкин отметил необходимость изучения самодеятельными поэтами творческого наследия Ковынева.

В качестве почётного гостя на этом вечере присутствовала вдова Бориса Константиновича Елена Долина-Ковынева. Она подробно рассказала о поэте, прочитала его стихи. По окончании литературного вечера оставила в Журнале посетителей такую запись:

«6.X.74 г. С большим интересом посетили музей Маяковского, близкого нам и любимого поэта, который прославил страну Советов на весь мир. Хочу передать этому музею интересные документы из жизни Ковынева, с которым мы прожили много лет в Пушкине».

Василий ПАНЧЕНКОВ, фото Б.К. Ковынева – из архива автора, публикуются впервые

Читайте также: